Журналисты обвинили Нолана в избирательной достоверности "Одиссеи": без оркестра, но с рэпом и чернокожими актерами

Новый фильм Кристофера Нолана "Одиссея" обрастает скандалами еще до выхода на экраны. Режиссер, известный своей тягой к достоверности, оказался в центре критики за удивительно избирательный подход к истории Древней Греции.

Главный камень преткновения - музыка. По информации журнала TIME, Нолан запретил композитору Людвигу Йоранссону использовать оркестровую партитуру. Причина? Оркестров "тогда не существовало". На первый взгляд, стремление к аутентичности вызывает уважение - так же, как и строительство реального корабля для съемок.

Однако тут же возникает вопиющее противоречие. Отказавшись от симфонической музыки, Нолан пригласил в фильм рэпера Трэвиса Скотта. Свое решение режиссер объяснил тем, что гомеровский эпос был устным поэтическим сказанием, что "аналогично рэпу". Зрители недоумевают: античные инструменты - анахронизм, а современный рэп - вдруг органичная отсылка к традиции?

На этом странности не заканчиваются. В трейлерах "Одиссеи" внимательные зрители услышали современные слова "папа" и "папочка" (dad/daddy), которых не могло быть в древнегреческом языке. А в визуальном ряде исторические энтузиасты заметили железные доспехи и оружие, хотя действие разворачивается в бронзовом веке.

Особую остроту дискуссии придает скандал с кастингом Елены Троянской. Лупита Нионгó, талантливая актриса, была утверждена на роль, которую древние авторы от Гомера до Сапфо описывали как "белорукую" и светловолосую. Критики не сомневаются в мастерстве Нионго, но указывают на лицемерие: Нолан провозглашает верность оригиналу, но игнорирует самые известные детали внешности персонажа.

В итоге позиционируемая как глубоко исследованная и достоверная экранизация начинает напоминать лоскутное одеяло. Рэп - это традиция, а оркестр- нет. "Папочка" - норма, а исторический доспех - нет. Выбор расы актрисы - современный, а внешность героини из поэмы - нет.

Для многих поклонников становится все очевиднее: "историческая точность" Кристофера Нолана в "Одиссее" - это лишь маркетинговый прием, который работает ровно до тех пор, пока не противоречит голливудским тенденциям и видению самого режиссера.